С Новым 1984 годом!

В воскресенье утром антиутопия Джорджа Оруэлла «1984 год» вышла на первом место в списке бестселлеров «Амазона». С чем вас и поздравляю.

Андрей Амальрик, с которым я был шапочно знаком, написал книгу «Доживет ли СССР до 1984 года?». Таки дожил. И Америка дожила. Почти.

Я не хочу преувеличивать глубину помойки, в которой мы сейчас оказались, но когда знакомые начинают шутить, можно ли нестесненно говорить по телефону, а один неожиданно уходит от политических тем, потому что боится вылететь с «Фейсбука», который нужен ему для работы, то понимаешь, что ситуация несколько изменилась.

Пессимист, как острили в юности, - это тот, кто говорит: «Так плохо никогда не будет!». А оптимист ему радостно: «Нет, будет, будет!».

Параллель между книгой Оруэлла, вышедшей в 1949 году, и сегодняшней Америкой не прошла мимо рецензентов на сайте «Амазона».

«Родившись и выросши в комунистической Румынии, я испытал те же ужасы, что описаны в «1984 году», - написал Константин Туркулет. –Через 40 лет мне удалось бежать в Америку, лишь чтобы обнаружить, прожив 35 лет на свободе, что эту страну толкают к тому же ужасному сценарию, который, как я думал, человечество уже никогда не забудет».

«Забудет, забудет! – радостно обнадежил оптимист. – А потом вспомнит!». Будет вам и белка, будет и свисток. Я пережил уже в Америке несколько колебаний политического маятника, но должен признаться, что такой амплитуды никогда не видел.

«К несчастью, левые, похоже, сейчас пользуются (этой книгой) как руководством к действию», - заметил рецензент Джордан Эдвардс.

Боюсь, нашим дипломатам отныне будет труднее обучать иностранцев прелестям демократического правления и свободы слова, а иностранным диктаторам будет легче обвинять янки в лицемерии. Диктаторам ничто не мешало делать это и в прошлом, но сейчас на голых костях их обвинений наросло эмпирическое мясо, поставленное нашими соцсетями.

Недаром Алексей Навальный, которого ФСБ в прошлом году пыталась умертвить своим фирменным ОВ, но, к счастью, схалтурила и применила выдохшийся «Новичок», критиковал изгнание Трампа из «Твиттера» и Ко., хотя российский оппозиционер, как я слышал, гораздо левее американского президента. Вот что критиковал Навальный.

«Твиттер» пожизненно забанил Трампа и объявил, что сотрет все его прошлые твиты. Я знаю республиканцев, которые тайно мечтали о том, чтобы «Твиттер» сделал это гораздо раньше, но он долго не решался, пока, наконец, не дождался полной смены режима на однопартийный. Коннектикутский сенатор-демократ Ричард Блументал открытым текстом признал, что соцсети закрутили гайки «из-за изменения в направлении политических ветров».

А то мы гадали, чего это они.

За «Твиттером» последовал «Фейсбук», и пошло. «Гугл», «Эппл» и «Амазон»  уничтожили либертарианский сайт «Парлер», который де недостаточно бдительно отсевал подрывной элемент, штурмовавший потом Капитолий.

Забавно, что, как поведал во вторник левый журналист Гленн Гринвальд, из первых 13 человек, которых повязало ФБР за этот штурм, ни один не был активным пользователем «Парлера». Подготовка к акции велась в основном через «Фейсбук», «Твиттер» и «Ютюб», принадлежащий «Гуглу»!

«Твиттер», в котором у Трампа было в районе 89 млн. подписчиков, объяснил репрессалии тем, что президент призывал к насилию. На самом деле нет. «Твиттер» иллюстрировал свое решение двумя цитатами из Трампа, ни одна из которых не содержит таких призывов. Одна лишь сообшает, что Трамп не явится на инаугурацию своего сменщика Джо Байдена. В другой он наказывает своим фанатам идти на «мирную» акцию протеста к Капитолию.

Возразят, что Трамп долгое время подзуживал свою паству помочь ему изменить результат ноябрьских выборов и в конце концов так накалил страсти, что она пошла на штурм Капитолия без прямого к тому призыва. 10 января бывший зам вашингтонского генпрокурора Джеффри Скотт Шапиро напечатал в «Уолл-стрит джорнэл» статью «Нет, Трамп невиновен в подстрекательстве».

Шапиро пишет, что его прозвали «прокурором демонстрантов», поскольку он вел дела участников нескольких акций протеста. В частности, он добился осуждения активистки женской антивоенной организации «Розовый код», которая вымазала руки фальшивой кровью, налетела на тогдашнего госсекретаря Кондолизу Райс в одном из залов палаты представителей США и призывала присутствующих взять Райс в полон.

Автор упоминает дело «Бранденбург против Огайо», слушавшееся в 1969 году, когда Верховный суд США постановил, за какие именно высказывания можно привлекать людей без того, чтобы нарушить Первую поправку к конституции, гарантирующая свободу слова. Суд заключил, что призывы Кларенса Бранденбурга, одного из руководителей Ку-Клукс-Клана, к применению насилия против черных и евреев уголовно не наказуемы, поскольку на них распространяется Первая поправка.

Суд нашел, что эти призывы Бранденбурга были «просто пропагандой» (mere advocacy) насилия, то есть, как я понимаю, платонической аргументацией за него, «а не науськиванием или провоцированием, за которым последовали противоправные действия...». То есть абстрактно призывать к насилию можно, но вот натравить на конкретного прохожего нельзя. Сколько бы Трамп ни заводил платонически своих фанатов, он на Капитолий их не науськивал.

Один мой старый приятель, который называет себя правозащитником, хотя сделался сейчас апологетом зажима, оправдывает их тем, что Трамп все время лжет.

Я помню времена, когда в приличном обществе этим словом не бросались. Серьезные журналисты до Трампа избегали прямым текстом называть кого-то вруном. «Ложь» подразумевает намеренное искажение фактов, но часто не поймешь, искажает их человек сознательно или по забывчивости, заблуждению, непонятливости, небрежному отношению к информации и т.д. Поэтому считалось умнее избегать термина «лгун».

При Трампе (который относится к информации, мягко говоря, небрежно, не фильтрует базар и, возможно, именно поэтому преуспел на телевидении), разверзлись хляби небесные. «Вашингтон пост» вела счет его неправдам и досчитала до 10 тысяч; на этом месте я перестал следить. Пока следил, заметил, что «ВаПо» и другие архивисты трамповской лжи сплошь и рядом причисляли к ней не искаженные факты, а просто мнения, с которыми они были несогласны.

В любом случае ложь у нас не считается преступлением, кроме как под присягой или федеральному следователю. Наказуема также клевета, но для этого нужно решение суда.

Что «Твиттеру» претят не призывы к насилию вообще, а лишь те, которые будто бы исходят от Трампа и других неугодных соцсети лиц, доказывает следующее обстоятельство: сразу после изгнания Трампа по «Твиттеру» запорхал призыв «Повесить Майка Пенса», который перепостили 14 тысяч раз. Но никого за это не забанили.

Критикуя в «Твиттере» «Твиттер» за изгнание Трампа, Навальный отметил, что ему постоянно грозят в «Твиттере» смертью, но «Твиттер» никого за это не отлучил.  

На соцсети обрушились также германский канцлер Ангела Меркель и правительство Франции, которые и так уже воюют с технологическими гигантами.

«Канцлер считает проблематичным полное закрытие аккаунтов избранного президента», - сдержанно выразился ее главный пресс-секретарь Стеффен Зайберт, добавивший, что права, такие как свобода слова, «могут ущемляться, но по закону и в рамках, очерченных парламентом, - а не по решению корпорации».

Французы заявили, что были «шокированы» действиями частной компании, принявшей столь важное решение. Я слышал аргумент, что в частном бизнесе хозяин – барин, но потом ознакомился с прецедентным решением Верховного суда США по делу Марш против Алабамы, слушавшемуся в 1946 году, и понял, что я не совсем прав.

Иеговистка Грейс Марш была арестована за распространение религиозной литературы в алабамском городке Чикасо, целиком принадлежавшем судостроительной компании «Галф», которая обвинила ее в том, что та без разрешения зашла в частное владение.

Суд вынес решение в пользу Марш, заключив, что такие фундаментальные права, как свобода слова и вероисповедания, имеют приоритет перед правом частной собственности. Я не в восторге от такого исхода, опасаясь, что ко мне в огород может забрести кто-то с листовками чуждой мне веры. Но решения Суда пока никто не отменял.

За Трампа также заступился президент Мексики Мануэль Лопес Обрадор, хотя Трамп отгораживался от него стеной.

«Мне не нравится, когда кого-то подвергают цензуре или отбирают у него право публиковать пост в «Твиттере» или «Фейсбуке», - сказал Обрадор, который явно предпочитает Тампа и не явится 20 числа на инаугурацию Байдена. – Я с этим не согласен, я этого не приемлю. Как вы можете кого-то цензурировать: «Значит, так, я как судья Святейшей Инквизиции, накажу вас, поскольку я считаю, что вы говорите вредные вещи»? Где закон, где правила, каковы нормы? Это дело правительства, а не частных компаний».

Первая поправка ограничивает лишь действия правительства США, а не частных компаний ( хотя см. выше решение по делу «Марш против Алабамы»).

Пример американцам показали поляки, которые только что запретили соцсетям удалять посты, не нарушающие законы Польши, и банить аккаунты вывесивших их пользователей. В законе прописан порядов обжалования такого шага соцсети, которую ждет за нарушение штраф в сумме до 2,2 млн. долларов.

Меня так вдохновила эта инициатива поляков, что я начинаю писать свою фамилию как Kozlowski.

Автор: Владимир Козловский
журналист
Источник: «7 Дней»
Фото: Pixabay