Репатриантка, которая пишет на иврите. Признание Олеси Кантор - в Израиле и за его пределами.

В израильской литературе есть негласная закономерность. Репатриант, приехавший в страну взрослым, художественную прозу на иврите, как правило, не пишет. Говорить, читать, вести бизнес, давать интервью - да. Писать литературу - почти нет. Литературный язык требует слуха, который обычно формируется в детстве. Поэтому большинство русскоязычных авторов в Израиле пишут по-русски, а переводят их отдельно. Дина Рубина, Анна Исакова, Григорий Канович - все из этой школы.

Олеся Кантор приехала в Израиль в 1995 году, в 24 года, иврита не зная. В 2022-м она опубликовала первый роман на иврите - «Лев Эш», «огненное сердце». Через два года вышел второй, «Лояльный предатель». Обе книги изданы в Израиле, обе написаны на иврите без посредника-переводчика. Случай не уникальный, но редкий.

Фото: личный архив Олеси Кантор 

«Лев Эш» - роман о женщине, которая прошла через домашнее насилие, кризисный центр, чужую страну и чужой язык и собрала жизнь заново. Сюжет не автобиографический - Олеся в интервью настаивает, что героиня не она, - но материал узнаваемый. Второй роман, «Лояльный предатель», устроен иначе: это история про моральный выбор внутри закрытого профессионального мира, связанного с международной торговлей драгоценностями. Прямых отсылок к биографии нет, но цех узнаваем.

Фото: личный архив Олеси Кантор 

Иврит ей пришлось выучить с нуля - в ювелирном цеху, в кризисном центре, на алмазной бирже. Литературный иврит - это совсем не тот иврит, и работать с ним приходилось параллельно с основной профессией. Обе книги, по её словам, писались по ночам, когда дети уже спали, и редактировались с израильским редактором, который правил язык, не трогая интонацию.

Признание пришло с нескольких сторон одновременно - и, что показательно, сначала из-за рубежа.

В 2019 году Министерство культуры Италии включило её в список «100 женщин Рима». В 2022-м Ambassadors Club of Israel отметил её наградой «Эшет хаиль» - «женщина доблести». А в 2024 году газета Jerusalem Post внесла её в свой ежегодный список 50 самых влиятельных евреев мира - позиция №37, категория «филантропы». Этот список издание публикует с 2009 года; он жёстко ротируется, редакция каждый год пересматривает его заново. В категории «филантропы» того года оказались, в основном, очень богатые люди - Мириам Адельсон, семья Офер, австралийско-израильский миллиардер Фрэнк Лоуи. Между ними в списке стоит Олеся Кантор.

Фото: личный архив Олеси Кантор 

Есть и строка, которая в её резюме звучит тише остальных, но говорит, возможно, больше всех.

С 2021 года она входит в попечительский совет Тель-Авивского университета. Это не почётная и не церемониальная позиция: попечители принимают решения по бюджету университета, согласуют новые программы, утверждают академические приоритеты, финансируют конкретные направления. Институт археологии ТАУ - один из двух крупнейших археологических центров страны, с собственными лабораториями и раскопками в Лахише, Бер-Шеве, Тель-Кабри, Иерусалиме. Археология - одна из немногих гуманитарных областей, в которых Израиль играет роль мирового центра.

Фото: личный архив Олеси Кантор 

Логика её участия прозрачная. Геммолог с международным сертификатом, работающий с ватиканской коллекцией, занимается ровно тем же, чем археологический институт: оценкой, идентификацией и сохранением материальных объектов прошлого. Кольцо XV века из ватиканского собрания и кольцо XV века из лахишских раскопок описываются одной и той же научной грамматикой - разница только в контексте находки.

Фото: личный архив Олеси Кантор 

Ватикан и Jerusalem Post звучат громче. Но именно попечительский совет ТАУ - структура, в которой решения принимаются медленно и коллегиально, год за годом точнее всего показывает, как устроено её признание. Оно собрано не из ярких эпизодов, а из работы, которую видно только на длинной дистанции.