Как отверженный политик заслужил признание сильных мира сего

Тем, кто стоял за переводом американского посольства в Иерусалим, отказался от ядерной сделки и поддержал действия Армии обороны Израиля в Сирии, является Трамп.

Но тем, кто обеспечил ему эту возможность, был Нетаниягу, по праву пожинающий теперь плоды своих трудов.

Когда Дональд Трамп решил выйти из ядерного соглашения, а европейцы ответили ему яростью и разочарованием, были комментаторы, утверждавшие, — мол, американский президент ведёт к изоляции США.

“Эта сделка недостойна США, — ответил Трамп на предъявленные ему претензии. — Это соглашение, которое вредит миру и, совершенно точно, Израилю. Вы видели, с каким одобрением отзывался Биньямин Нетаниягу о том, что мы теперь сделали”.

Иными словами, впервые американский президент представил поддержку Израиля в качестве доказательства того, что Америка не одинока.

Отказом от ядерной сделки, подписанной Бараком Обамой, переводом американского посольства в Иерусалим и безоговорочной поддержкой операций Армии обороны Израиля в Сирии, Трамп доказал, что из всех президентов, когда-либо возглавлявших Белый дом, именно он является лучшим другом Израиля. Трудно себе представить, что кто-то другой на его месте, посмел бы относиться с таким уважением и дружелюбием к Израилю, традиционно подвергающемуся гонениям и травле в ООН.

Трамп по праву заслужил благодарность израильского общества, но он не сумел бы реализовать свою поддержку Израиля без той предварительной политической работы, которую вёл Нетаниягу, и не только в последние полтора года, но на протяжении всей своей карьеры. Начнем с самого конца.

Сегодня Нетаниягу воспринимается американскими республиканцами как самый важный и наиболее уважаемый в мире иностранный лидер. Единственным, кто с их точки зрения превосходит Нетаниягу по своему влиянию на сохранение мира во всём мире, является Уинстон Черчилль.

И в то время, как республиканцы откровенно восхищаются Нетаниягу, демократы, а также многие мировые лидеры, включая тех, кому это совершенно не по нраву, считают его наиболее важным государственным деятелем нынешнего поколения.

В чём причина его успеха? Как правый лидер, десятилетиями подвергавшийся травле со стороны израильской, европейской и американской элиты, названный ими экстремистом и фанатиком сумел стать самым уважаемым государственным деятелем в мире? Как случилось так, что лидеры мировых держав с уважением принимают его у себя и ради встречи с ним прибывают в Израиль с делегациями, насчитывающими сотни человек? Чтобы яснее осознать это удивительное восхождение Нетаниягу к успеху, следует сравнить его с политическим путем того, кто до недавнего времени считался самым важным и влиятельным государственным деятелем Израиля. Речь о Шимоне Пересе.

Переса встречали бурными овациями в Европейском парламенте, а Обама лично приветствовал его в Белом доме, в тот самый период, когда Нетаниягу был там едва ли не “персоной нон грата”. Перес был любимцем европейцев и американских левых, ведь он лоббировал их интересы. Политическая формула успеха Шимона Переса состояла в том, чтобы, определив цели других стран, продвигать их от имени Израиля.

Процесс Осло, очевидно, является лучшим примером того, как реализовывался этот подход на практике. Европейцы хотели продвигать ООП, разумеется, за счёт Израиля, и вот, Перес превратил европейские интересы в “идеологию мира и нового Ближнего Востока”, взяв на себя роль “отца” этого, столь долгожданного “мира”. Когда же стало совершенно ясно, что продвижение Израилем европейских целей в рамках процесса Осло обрушило на Еврейское государство настоящую катастрофу, Перес не только не отказался от выбранной им политической линии, но и напротив стал ещё большим её приверженцем.

Вся эта деятельность обеспечивала Пересу почёт и славу. Лично ему, но отнюдь не Израилю. Сливки мировой элиты прибывали на его показушные вечеринки, проходившие в президентской резиденции по случаю дня рождения, совсем не из уважения к стране, они лишь весело проводили время со своим дружком.

Нетаниягу же избрал полностью противоположный подход. Определяя интересы Израиля в сфере безопасности и экономического процветания, он старается продвигать их на всех возможных уровнях. При этом, в достижении поставленных целей, он стремится найти потенциальных партнёров, а затем, используя свои способности убеждения, подводит их к тому, чтобы они осознали свой интерес в продвижении израильских интересов.

Самым радикальным образом разница в подходах Переса и Нетаниягу сказалась во всём, что касается отношений Израиля с арабским миром. Перес написал книгу о новом Ближнем Востоке, некоем воображаемом месте, где арабы принимают Израиль в качестве полноправного члена Лиги арабских государств после установления мира между нами и палестинскими арабами.

Книга и концепция, лежавшая в ее основе, полностью игнорировали интересы арабских государств и их лидеров, основываясь исключительно на “нарративе мира”, восходящем к европейской пропаганде. Поскольку никакой существенной связи между утопией Переса и реальностью Ближнего Востока не было, его видение, воспринятое нашими соседями как еврейский заговор с целью захвата арабского мира, так никогда никуда и не продвинулось.

В противоположность Пересу, Нетаниягу выстроил свою региональную политику, с учётом реальных условий, сложившихся на Ближнем Востоке. Так, в эпоху Обамы, Нетаниягу, увидев, что политика США в отношении Ирана и “Братьев-мусульман” угрожает не только Израилю, но и нескольким ключевым арабским государствам, занялся установлением контактов с Египтом, Саудовской Аравией и государствами Залива на основе общей заинтересованности в минимизации стратегического ущерба, нанесённого политикой Обамы.

Новый Ближний Восток

Деятельность Нетаниягу не привела к церемониям подписания лишённых всякого содержания мирных соглашений, но при этом, во время операции “Нерушимая скала” Египет, Саудовская Аравия и ОАЭ оказались на стороне Израиля против ХАМАСа и администрации Обамы. А затем, в результате политики Нетаниягу, возник единый фронт против обамовской ядерной сделки, в котором вместе с Израилем оказались арабские государства.

Сегодня, в эпоху Трампа, продолжение этой же самой политики ведёт к стратегической трансформации ближневосточной реальности. В противоположность той ситуации, которая существовала во время войны в Персидском заливе президента Буша-старшего, когда американцы создавали арабскую коалицию за счёт интересов Израиля, Трамп сегодня выстраивает единый арабо-израильский фронт против Ирана и “Братьев-мусульман”.

При Обаме левые политики обвиняли Нетаниягу в разрушении наших отношений с США.

“Твоё восприятие Америки устарело, утратило актуальность и наносит вред Израилю”, — заявил ему тогда Яир Лапид.

Но Нетаниягу прекрасно всё понимал. Он видел, что администрация Обамы враждебна Израилю, поскольку для Обамы Еврейское государство стало препятствием на пути достижения поставленных на Ближнем Востоке задач. В этой ситуации Нетаниягу пришёл к выводу, что ему для того, чтобы свести к минимуму наносимый Израилю Обамой ущерб, необходимо найти партнеров внутри США — в Конгрессе и в общественном мнении.

Левые жестоко упрекали Нетаниягу за выступление в Конгрессе против ядерной сделки, обвиняя в разрушении альянса с Вашингтоном. Но дело обстояло ровно наоборот. Именно его речь спасла и сохранила этот союз. Премьер-министр Израиля понял тогда, что кампания Белого дома за продвижение ядерной сделки основана на делигитимации противников соглашения.

Обама и его сообщники откровенно намекали, что противники соглашения, не более чем подстрекатели к войне и агенты Израиля. Таким образом, если бы вся эта ситуация не встретила должного сопротивления, американская поддержка Израиля в целом действительно оказалась бы на грани краха.

Речь Нетаниягу сохранила легитимность противникам ядерного соглашения. Он добился этого с помощью текста, основанного на фактах и перечислении ясных американских интересов, умудрившись при этом не ущемить достоинство Обамы и не нанести урон самой должности президента вообще. И хотя по сути та речь стала самым резким и жёстким заявлением против позиции Обамы за все восемь лет его президентства, Нетаниягу не допустил в своем выступлении в отношении Обамы ни единого слова личной критики.

Именно так Нетаниягу проложил путь к превращению ядерного соглашения в уничижительный термин среди республиканского истеблишмента. Недаром, в ходе последних президентских праймериз все до одного кандидаты от Республиканской партии обязались отменить этот договор.

Случилось бы так, если бы он тогда не прибыл в Вашингтон, невзирая на бешеное давление и ярость всех сторонников Обамы в Израиле и США? Вряд ли.

Отменил бы Трамп соглашение, вопреки возражениям всего вашингтонского истеблишмента, если бы Нетаниягу не приложил все свои силы, чтобы сохранить легитимность оппозиции к ядерной сделке?

Тем, кто стоял за переводом американского посольства в Иерусалим, отказался от ядерной сделки и поддержал действия Армии обороны Израиля в Сирии является Трамп. Но тем, кто обеспечил ему эту возможность был Нетаниягу, пожинающий теперь плоды своих тридцатилетних трудов. И потому он по праву заслуживает титул “величайшего государственного деятеля в истории Израиля”.

Перевод Александра Непомнящего

Автор: Кэролайн Глик​
Американо-израильский журналист, заместитель редактора газеты «The Jerusalem Post». Член научного совета по вопросам Ближнего Востока «Центра политики безопасности».
Оригинал на иврите: "Маарив"
Источник: "Еврейский мир"
Фото: Shutterstock.com/Lev Radin