Перехитривший все разведки

Одни знали его под именем Рефаат Аль-Гаммаль, другие же – как Жака Битона. В Египте его до сих пор чтут как «дерзкого разведчика, работавшего в недрах сионистского государства», в Израиле же вспоминают как талантливого дезинформатора, с помощью которого удалось выиграть Шестидневную войну. Кем же он был на самом деле – патриотом Египта или агентом израильских спецслужб?

Ранним утром 5 июня 1967 года самолеты ночного патруля египетских ВВС возвратились на базы для дозаправки. День, как обычно, начинался с завтрака, который, впрочем, отведать пилотам не довелось. Небо над ними внезапно взорвалось ревом авиационных двигателей. Буквально стелющиеся по земле, идущие на высоте не более 30 метров, четверки израильских самолетов обрушили бомбовый удар одновременно на 11 египетских аэродромов.

Бомбы сбрасывали аккуратно в перекрестья взлетных полос, уничтожая сразу по две дорожки. Следующим же заходом из авиационных пушек были расстреляны беспомощно стоящие на поле сами самолеты. Чуть больше часа спустя египетская авиация потеряла 197 боевых машин, причем лишь восемь из них – в воздушном бою. А вслед за первой волной воздушной атаки были еще вторая и третья. В общей сложности к концу дня египтяне лишились 348 боевых самолетов и большинства аэродромов, зенитных батарей и радиолокационных станций. В целом же арабские страны (Египет, Сирия, Иордания, Ирак и Ливан) в первый день Шестидневной войны потеряли порядка 70% всего своего военного флота – около четырех с половиной сотен самолетов. Большая часть баз их ВВС также были выведены из строя. Израиль добился решающего воздушного господства над всем регионом, что во многом предопределило разгром вражеских армий и блестящую победу.

Лишь три десятилетия спустя стало известно, что удивительная беспечность египтян, пропустивших роковой удар по своим аэродромам, была результатом одной из самых ловких операций израильской разведки, подсунувшей врагу заведомо ложную информацию, в достоверности которой египтяне были полностью убеждены.

***

Непосредственным исполнителем этой операции, дезинформировавшим египетское военное командование, стал человек, реальные детали биографии которого давно и безнадежно перемешались с вымышленными фактами, придуманными то ли в недрах разведслужб, то ли им самим, то ли кем-то из его почитателей.

С определенной уверенностью можно сказать, что родился он в конце 20-х годов прошлого века в портовом египетском городе Думьят. Как видно, с детства обладал способностью к языкам – свободно говорил по-английски, по-французски, по-арабски, а затем и на иврите. Кроме того, был артистичен, но главное, имел абсолютно авантюрный склад характера и ума.

Став бухгалтером, он успел поработать в нефтяной компании и на торговом судне, путешествуя на котором, он и посмотрел мир. При этом, подсчитывая чужие деньги, он, похоже, слишком часто решался оставить часть их себе. Поэтому ему не раз приходилось менять имя, и внешность, и род занятий. В конце концов в 1952 году он был пойман египетской контрразведкой, которая была уверена, что задержала израильского шпиона.

Вскоре, однако, там пришли к выводу, что человек, называвший себя британским офицером еврейского происхождения, но обладающий при этом английским паспортом на совершенно другое имя и чеками, подписанными и вовсе неким Рефаатом Аль-Гаммалем, является не шпионом, а ловким жуликом. Вот тогда ему и предложили выбрать между тюремным заключением и продолжением авантюры, но уже в интересах египетской Службы общей разведки. Человек, заявивший, что его настоящее имя – Рефаат Аль-Гаммаль, согласился.

Он прошел специальный курс, где научился писать невидимыми чернилами, пользоваться рацией, кодировать и расшифровывать сообщения, прятать фотопленки. Кроме того, он был обучен еврейским молитвам и традициям, после чего его внедрили в александрийскую еврейскую общину уже под именем Жака Битона.

В начале 1955 года новоиспеченный Жак Битон отплыл из Александрии в Геную, оттуда прибыл в Рим. Здесь он встретился с египетским военным атташе, получил последние указания и забрал необходимые для отправки сообщений инструменты и адреса. Спустя несколько недель он обратился в израильское консульство и сообщил, что хочет репатриироваться.

***

Были ли тому виной просчеты в подготовке или свойства натуры, но уже на корабле, везущем в Хайфу сотни евреев из Марокко, Битон вызвал подозрения у многих своих попутчиков странными высказываниями об Израиле и евреях. Неудивительно, что в ходе рутинных расспросов каждого из новоприбывших сотрудниками военной разведки имя общительного и привлекающего к себе внимание Битона всплывало не раз. Беседа с ним еще больше укрепила подозрения контрразведчиков, установивших за ним слежку.

В итоге Жак Битон вновь оказался на встрече с представителями службы безопасности – на этот раз уже израильскими. И они тоже предложили ему незатейливый выбор между пожизненным заключением и работой на разведку, но теперь уже еврейского государства. Так Жак Битон стал двойным агентом.

Он получил кодовую кличку «ятед» («клин» на иврите) и поселился на вилле, снятой для него израильской Службой общей безопасности (ШАБАК) для создания у египтян образа агента, успешно внедрившегося в сливки израильского общества. Под непрерывным наблюдением своих израильских кураторов, сопровождавших его даже в поездках за границу, Битон стал регулярно передавать в Египет заснятые им (естественно, с разрешения израильтян) армейские базы, стал пересказывать все политические сплетни, укрепляя в египтянах ощущение своей значимости и полезности.

Иногда Битон отправлялся для подробного отчета в Египет, где контролировать его уже было невозможно. Тем не менее все хитроумные проверки, которые ему устраивали по возвращении, включая и такие, о которых он даже не догадывался, Битон проходил, убеждая израильтян, что ведет себя с ними честно. Раз в несколько недель, а иногда и чаще, он с помощью транзистора принимал указания из Египта. Вряд ли там догадывались, что делает он это из курятника, расположенного на окраине Герцлии и принадлежащего родителям жены его израильского куратора, сидящего рядом.

В ШАБАКе Битону предложили открыть туристическое агентство, под прикрытием которого он бы мог регулярно ездить за границу. Битон передал идею египетской разведке, охотно ее принявшей и даже снабдившей его для этой цели значительной суммой денег. Так в Тель-Авиве на улице Бренер открылось турагентство «Ситур».

На протяжении 12 лет Битон снабжал египтян «важной и значимой» информацией, аккуратно подготавливаемой в ШАБАКе. При этом даже внутри израильских спецслужб, не говоря уже о людях за ее пределами, были лишь единицы, знавшие, что преуспевающий новый репатриант не совсем тот, за кого он себя выдает. Один из легендарных создателей израильских служб безопасности Исер Харель лично распорядился сохранять в строжайшем секрете всю информацию об этой операции. До сих пор остается тайной, каким именно образом сумел Жак Битон убедить египетское военное командование в том, что будущую войну израильтяне начнут с внезапной сухопутной атаки на Синайском полуострове. Но вот наконец настал день «икс».

***

Ранним утром 5 июня 1967 года более 180 боевых машин – фактически весь военно-воздушный флот Израиля – поднялись в воздух. Их движение на запад, в море, не вызвал тревоги у египтян, привыкших к подобным тренировочным полетам израильских ВВС, проходящим всегда по одной и той же схеме и регулярно совершаемым на протяжении нескольких лет. Тем более что египтяне абсолютно доверяли своему «надежному» источнику, точно предупредившему их, как начнется израильская атака.

Вот только израильские самолеты, которых на этот раз было значительно больше, вместо того чтобы, развернувшись над морем, вернуться на базы, опустились на высоту, где их не могли засечь радары, и помчались в сторону Египта. Три часа спустя исход войны был предрешен.

***

На этом миссия Жака Битона фактически закончилась. Его отношения с израильскими кураторами, у которых он требовал все больше денег, осложнились. Кроме того, у него обнаружился рак. Вышедшему на «пенсию» Жаку Битону была организована удобная должность представителя итальянской компании, добывавшей нефть на Синайском полуострове, который теперь стал израильским.

Еще в 1963 году в одной из своих поездок Битон познакомился с молодой и красивой немкой Вельтрудой, которая вышла за него замуж. У пары родился сын Даниэль, отпраздновавший свою бар-мицву (еврейское совершеннолетие) возле освобожденной Западной стены (Стены Плача). Вскоре после этого семья переехала на родину Вельтруды в Германию, где в 1982 году Жак Битон скончался от тяжелой болезни.

***

Он был похоронен в Египте, а шесть лет спустя египетский драматург Салех Мурси написал книгу о «дерзком египетском разведчике, работавшем в недрах государства сионистского врага». Книга имела бешеный успех и была превращена в еще более популярный телевизионный сериал, транслировавшийся по всему арабскому миру. Персонажа книги Мурси, успешно водившего за нос израильские спецслужбы, звали Раафат Аль-Хагган, но вскоре стало известно и настоящее имя – Рефаат Аль-Гаммаль, в честь которого была названа одна из каирских площадей.

В израильской же разведке на протяжении долгих лет отказывались от каких бы то ни было комментариев по поводу Аль-Гаммаля. Лишь два года назад один из его непосредственных кураторов Мордехай Шарон согласился рассказать журналистам некоторую часть подробностей, связанных с этой историей.

По словам известного израильского журналиста Йоси Мильмана, в 90-х годах прошлого века, незадолго до своей смерти, Исер Харэль подтвердил ему, что Аль-Гаммаль-Битон действительно был двойным агентом. И что именно он передал египтянам ложную информацию о плане израильского превентивного удара. На вопрос Мильмана о том, почему в Израиле отказались комментировать египетские утверждения, суровый разведчик тогда ответил: «Пусть радуются и продолжают верить в свои великие деяния…»


Автор: Александр Непомнящий
Источник: Jewish.ru