Праволевый дискурс

По слухам левый Ганц слился в экстазе с вроде бы правым Яалоном и теперь они подумывают устроить амур де труа с центрально-ориентированным Лапидом. Народ замер в ожидании, в воздух летят резервистские панамки и лифчики. Выглядит все исключительно под запрос аудитории, звучат необходимые людям заявления. Делать никто не планирует, не будет и увы, не умеет - ни-че-го.

С тех пор, как в неожиданных родовых муках родилась химера по имени “Кадима”, в которую перебежали в едином порыве правые, левые и секторальные политики, в нашей жизни появилось немало химер и плотно укоренилось понятие “центр”. Ровно как престижный центр города - никто, по сути, не знает, что это такое, но все стремятся туда попасть.

Мне нравится штатовская система. Понимаю, что у американцев есть к ней немало претензий, но - вот сам механизм. Демократы и республиканцы. Левые и правые. Левые, приходя к власти, подтягивают социалку, права человека, пис энд лав. Правые, сменив левых, разгребают бюджетные дыры от финансовых обязательств, подрезают социалку до уровня выше, чем был до левых, но ниже, чем в процессе, и зарабатывают на то, чтобы все это оплачивать. Когда экономика выправляется и хочется (и можется) опять подрасслабить пояса, к власти возвращаются левые. И так далее, и так далее, сменяя друг друга, уравновешивая друг друга, как день и ночь.

В Израиле прикол в том, что понятие “правый” и “левый” политический дискурс относится не к социалке и экономике, как в Штатах и во всем, собственно, мире, а к отношению к арабам. Если ты испытываешь невыносимую печаль и горечь по поводу того, что уровень жизни палестинских арабов значительно ниже твоего уровня жизни (не замечая, конечно, что уровень жизни и твоих сограждан-евреев значительно ниже твоего, но сейчас не об этом) - то ты левый. Ты объясняешь террор исключительно пережитыми арабами притеснениями, готов отдать все и сразу (не свою квартиру в Рамат-Авиве, конечно, но вот земли, принадлежащей государству - фактически любой кусок, особенно если для этого надо выгнать с него поселенцев, это вообще идеально), и страстно хочешь мира. Ты хочешь мира, ты говоришь о мире, ты видишь мир во влажных снах, ты лежишь в направлении мира.

Если ты правый, то ты, прежде всего, не хочешь уступать ни пяди земли, видишь в заселении Эрец Исраэль дарованную Б-гом миссию (если ты светский правый - то высокую миссию сионизма в заселении Государства Израиль), и объясняешь арабский террор агрессивностью, неуживчивостью и нежеланием зарабатывать чем-нибудь еще. Ты тоже совсем не против мира, но в его возможность не веришь, с удовольствием ходишь в “милуим” и требуешь “дать ЦАХАЛу победить”.

Самое забавное, что изначально израильские левые и правые делились по тому же социально-экономическому принципу, что и во всем мире. Взаимоотношения с арабами были лишь малой долей мировоззрения, продиктованной географической и политической спецификой. Со временем стало понятно, что социально жалеть и социально опекать дальнего своего стоит дешевле с точки зрения собственного кармана, обходится гораздо легче с точки зрения затрат времени и усилий, и ценится значительно выше с точки зрения имиджа. Аналогично - бороться с арабами и сопротивляться им психологически проще, чем с классовыми противниками среди политически иначе ориентированных евреев. И доля социалки - своей, географически и политически близкой социалки - сократилась в праволевом дискурсе до минимальных величин.

Много лет правый и левый лагерь рубились относительно тем войны и мира. “Уууу, нам грозит коварный враг, граждане, надо поджаться и потерпеть, война на пороге”. - “Ооооо, мир никогда не был так близок, граждане, надо поджаться и потерпеть, чтобы его непременно заключить”. Граждане честно поддерживали тех или других, честно поджимались и терпели, понимая, что когда так близка высокая цель (или страшная война) - негоже как-то говорить о пустых карманах, неудобных дорогах и засилье дураков. Но терпеть приходилось как-то слишком уж долго, и в головы граждан начал все чаще закрадываться вопрос “Доколе”.

Тут, как водится, бах, вторая смена, появился шанс на хорошие международные и внутренние, чего уж там, дивиденды за счет всего лишь одностороннего ухода из двух поселенческих блоков в секторе Газы и на севере Самарии, “Ликуд” говорит решительное нет, и была создана “Кадима”. И назвала себя центром. Так был обозначен центр. (Роль граждан не изменилась, разве что поджаться и потерпеть некоторым пришлось уж совсем кошмар что и жуть сколько).

Ну, и раз роль левого лагеря перетянул на себя этот загадочный центр под руководством альфы, правый лагерь возглавил перелинявший в альфу бета, а левый лагерь начал постепенно отмирать. Баланс ушел. 
Граждане, как водится, продолжали поджиматься и терпеть. Потому что о каких собственных нуждах можно говорить, ведь вдруг война? И о каких собственных проблемах можно говорить, ведь вдруг - мир??
Весь политический дискурс переместился в вопрос палестино-израильского конфликта, и свои функции защитников социально слабых и зарабатывателей государственной казны политики несколько подрастеряли.

Быть в центре - выгодно. Все тебя любят, и делать ничего не надо. Ты над схваткой правых и левых, пугающих друг друга поочередно арабами, поселенцами, войной, миром, левыми и правыми. Правым и левым, естественно, тоже ничего не надо делать, ведь мир и война же.

Я с “Кулану”. Не просто работаю в “Кулану” - я честно отказалась от членства в “Ликуде”, когда поняла, что “Кулану” мне ближе. Ближе именно тем, что это правая партия, которая проектирует и строит за “зеленой чертой”, не трубя об этом и не обуславливая ничем, - и так же проектирует и строит в арабских и друзских населенных пунктах, в которых не строил десятилетиями вообще никто (а вдруг предадут? а вдруг отдадим?). Которая, наконец, вспомнила о тех, кто все эти годы поджимался и терпел, и отдала им часть пирога, существенно перекроив этого пирога дележку. Которая не пугает ни войной, ни миром, не мешает ЦАХАЛу побеждать, поднимает зарплаты и льготы военным и укрепляет тыл. Которая не делает различий между еврейским и арабским ребенком, между светским и религиозным, между сабром и репатриантом, между черным и белым. Которая ДЕЛАЕТ - столько, сколько за много лет еще никто не делал.

Та программа, с которой пришла я в самом начале (я к Плосковой, собственно, с ней пришла, программа про жилье, съемное и социальное) - принята “Кулану” в разработку, причем частично она и разрабатывалась уже, потому что это действительно нужно, просто делать долго и не быстро. То, что важно именно мне, “Кулану” делает. Туда, где не нравится мне - она не лезет, и не дает этому, что мне не нравится, разрастаться - по мере своих сил (я о ксенофобии, если кто не понял).

И получает кучу претензий и упреков - самое обидное, что именно из-за того, что она решает проблемы, которые никто не трогал. Людям гораздо проще смириться с тем, что на решение их проблем нет никаких шансов, чем с тем, что кто-то решает их не с той скоростью или не с теми словами, которые нравятся именно тебе. Так больной, к которому давно не подходили, отрывается на медсестре, сделавшей ему перевязку и давшей обезболивающее. Это понятно. Хоть и обидно.

Спасибо таким не говорят. Хотя именно они - единственные, кто реально помогает.

Автор: Елена Пепел
Пресс-секретарь партии "Кулану"
Фото: Илья Китов