Экстрадиция. Из Израиля выдачи нет?

Мы много лет занимаемся ликбезом, разъясняя нашим читателям, что Израиль, в отличие от России, во-первых, замечательно экстрадирует своих граждан, а во-вторых, конечно, не «проверяет их на предмет обрезания», то есть еврейство никакой дополнительной защиты здесь не дает. И, наверное, за 20 лет ликбеза этот «мессендж» нам уже удалось донести.

Теперь мы готовы взяться за еще одно стандартное – но от этого не менее ошибочное – мнение: что Израиль экстрадирует только за «хардкорные» уголовные преступления: убийство, изнасилование и т.д. А за экономические или налоговые преступления не экстрадирует.Очередной пример того, что это не так, мы получили совсем недавно. Генеральная прокуратура Израиля обратилась в окружной суд Иерусалима (именно эта инстанция рассматривает в качестве первой все прошения об экстрадиции) с прошением объявить подлежащими экстрадиции двух израильско-французских граждан. Их Франция хочет отдать под суд за то, что примерно 10 лет назад они создали сеть компаний, с помощью которых увели из французского бюджета НДС больше, чем на 50 миллионов евро.

Мы не знаем, какое постановление вынесет суд. Но понятно, что наша прокуратура достаточно разбирается в своей работе для того, чтобы не идти в суд с заведомо безнадежными делами.

Читайте также: Эли Гервиц: Из России бегут, потому что перестали понимать правила игры

Значит ли это, что всем гражданам России, живущим в Израиле, которые опасаются уголовного преследования в налоговом или корпоративном контексте в России, стоит уже сегодня начинать сушить сухари? Нет, конечно, не значит, потому что экстрадиционный процесс – он многоступенчатый и сложный. А на последнем этапе это процесс вообще политический.

Для того, чтобы человека посадили в самолет и экстрадировали, министр юстиции должен подписать соответствующий ордер. В истории Израиля и России уже был прецедент, когда министр такой ордер подписать отказался. До этого решение, что человек подлежит экстрадиции, должен вынести окружной суд. В подавляющем большинстве случаев эти решения окружного суда опротестовываются (чаще защитой, чем обвинением) в нашу высшую инстанцию – в Верховный суд. До этого прокуратура должна решить, что представленных страной-просителем доказательств достаточно для того, чтобы инициировать процесс экстрадиции. А до этого (и это самое важное) прокуратура страны-просительницы должна эти самые доказательства: а) собрать, б) перевести, желательно на иврит, в) привести в некое соответствие с базовыми принципами израильской правовой системы, которые могут сильно отличаться от базовых российских принципов.

Поэтому процессы об экстрадиции убийц, насильников и торговцев наркотиками, которые Россия инициирует в Израиле, и которые заканчиваются в подавляющем большинстве случаев экстрадицией – такие процессы были, есть и будут. А вот касательно процессов экстрадиции по экономическим преступлениям мне неизвестно ни одно судебное решение, которое постановило бы экстрадировать за экономическое преступление в Россию.

Более того, мне неизвестен ни один прецедент, когда прокуратура инициировала подобное обращение в суд. Просто потому что для того, чтобы обвинить человека в убийстве, нужен всего лишь труп. Для того чтобы обвинить человека в изнасиловании, нужны всего лишь показания потерпевшей. А вот для того, чтобы обвинить человека в злоупотреблении служебным положением, полагаю, что желательно довести до сведений израильского суда весь правовой массив корпоративного права Российской Федерации, и весь массив документации конкретной корпорации или холдинга, на службе которого человек, по мнению российской прокуратуры, и превысил свои полномочия.

Значит ли это, что такое прошение никогда не будет подано? Нет, конечно, не значит. Кто-то, очевидно, станет в этом плане первым.Наверное, для адвоката с меркантильной точки зрения правильно напугать клиента – дрожащими руками чеки, как ни странно, выписываются легче. Мы этого, понятно, не делаем. И, слава Богу, Бог миловал нас от клиентов, которые считают себя в группе риска по экстрадиции за убийство, изнасилование или торговлю наркотиками. Если же речь идет об обычных бизнесменах, то мы доводим до них сведения приятную – пока – нулевую статистику экстрадиции в Россию по «экономике».

В этот момент клиенты делятся на две категории. Одна часть, приняв во внимание эту статистику, успокаивается, и на этом все заканчивается. Другая часть, более обеспеченная, готовит то, что мы называем «экстрадиционным скафандром».

Дело в том, что дела по экстрадиции имеют одну очень противную особенность. В американских фильмах на поруки до внесения приговора отпускают чуть ли не массовых убийц. В Израиле шанс быть отпущенным под домашний арест в деле об убийстве, я полагаю, статистически выше, чем в деле по экстрадиции. Потому что если сбежит от преследования убийца – это удар по Израилю «внутри». Если же сбежит подозреваемый в рамках экстрадиционного процесса – это удар по израильскому международному реноме. Поэтому, если человека все же арестовывают в рамках процесса по экстрадиции, а происходит это обычно в 5 утра без предупреждения, то и он сам, и его адвокат, сталкиваются с жесточайшей дилеммой.

Можно, никуда не торопясь, спокойно готовиться к судебному процессу. Но все то время, что адвокат будет готовиться, его клиент будет сидеть. Хочется, конечно, разрывая израильскую тюремную решетку, бежать в суд и доказывать свою правоту, доказывать, что экстрадиция в данном случае неуместна, и делать это максимально быстро. Но тут есть риск, что адвокат не успеет подготовиться к процессу должным образом. А процесс этот, как мы понимаем, будет достаточно прецедентным.

Для того, чтобы избавить себя от этой дилеммы, часть клиентов – далеко не все – покупают страховой полис.Когда мы покупаем страховку на машину, мы делаем это не для того, чтобы получить выплату от страховой компании. Мы надеемся, что нашу машину на самом деле никто не украдет, и заплаченные страховой компании деньги будут просто выброшены на ветер. Точно так же и с процессом экстрадиции. Люди надеются, что деньги, потраченные на подготовку, будут просто потеряны. Но если, не дай Бог, процесс будет инициирован, адвокату не придется ехать в тюрьму знакомиться с клиентом :) . Ему просто нужно будет подойти к полке, снять оттуда папку – а на самом деле множество папок – подготовленных в сотрудничестве с российскими юристами клиента – и выдвигаться в Иерусалим.

Адвокат Эли Гервиц, президент крупнейшей в Израиле русскоязычной адвокатской коллегии
www.zakon.co.il