ХАМАС – единственный виновник тяжёлой ситуации в Газе

Ситуация в секторе Газа в очередной раз доказывает (тем, кому ещё нужны подобные доказательства), что исламское движение не способно поддерживать существование современного и миролюбивого государства.

Сразу после того, как движение исламского сопротивления (ХАМАС) отбило у ООП (ФАТХа) сектор Газа в июне 2007 года и провозгласило там свою власть, были те, кто утверждал, что, мол, теперь, когда у ХАМАСа появилось собственное государство, у этой организации просто не осталось выбора, иначе как «перековать мечи на орала», то есть, отказавшись от вооружённой борьбы, добиваться своих целей исключительно политическими методами. Разумеется, все эти наблюдатели и комментаторы, в конечном счёте, оказались лжепророками, поскольку исламская террористическая организация, отказавшись от терроризма, была бы немедленно заподозрена в отказе и от ислама.

На деле, в Газе сложился довольно нелепый процесс, возможный исключительно в исламском обществе – процесс самоуничтожения, предопределённый одной крайне специфичной характерной чертой исламских организаций. Суть её в коллективном ощущении лидерами таких организаций возложенного на них религиозного долга любой ценой оставаться верными своим политическим принципам, поскольку в противном случае, они будут  уничтожены критикой тех, кто выглядит более религиозным, а значит, в глазах их общества, и более правильным.

ХАМАС пытается быть политической организацией. Он участвовал в парламентских выборах 2006 года, получив на них большинство. А теперь готовится к выборам главы автономии, намереваясь захватить и эту позицию.

Но тут, как раз, и возникает противоречие между необходимостью, будучи политической организацией, обладать прагматичной гибкостью и  поддерживать контакты с Израилем в принципиальных вопросах и подходом «Братьев-мусульман», запрещающим отступать с пути, продиктованного Аллахом, и позволяющим обсуждать с сионистами исключительно технические вопросы, вроде, поставок воды, продуктов питания, топлива и электроэнергии.

Страдания же, которые при этом испытывают мусульманские жители Газы, ХАМАС воспринимает в качестве «блаа» — испытания, посланного им Всемогущим, лишь пройдя которое, они удостоятся в конечном итоге пропуска в рай.

Отсюда и проистекает готовность  ХАМАСа жертвовать сотнями, а то и тысячами человек в каждом военном столкновении, что в итоге, в глазах арабского и международного общества в целом, раз за разом превращает израильскую победу и поражение ХАМАСа в провал Израиля и триумф исламских фанатиков.

Цену же за этот абсурдный «успех», состоящий из убитых и покалеченных людей, разрушенных зданий и уничтоженных инфраструктур, платит рядовой обыватель из Газы. И следует заметить, в этом вопросе улица, отнюдь, не поддерживает ХАМАС, поскольку куда прагматичнее тех, кто подмял её под себя.

Религиозное мировоззрение не позволяет ХАМАСу сделать что-либо, что могло бы быть истолковано как уступка евреям, например, освободить захваченных израильтян или тела погибших солдат. Более того, даже просто сообщить о них какую-либо информацию.

Все, кто в курсе дела, знают, что солдаты Армии обороны Израиля Адар Гольдин и Орон Шауль, к сожалению, мертвы. Несмотря на это, представители ХАМАСа продолжают пускать пыль в глаза арабскому обществу, утверждая, что, мол, не поделятся с израильтянами ни малейшей информацией об этих двоих, даже тем, в живых они или нет. Как будто, есть хоть малейший шанс на то, что они могли остаться в живых.

К слову, в религиозном плане, ХАМАС прочно застрял в тёмном и мрачном тупике. На протяжении  всех 1400 лет всей исламской истории было немало исламских правителей, умевших относиться с уважением к чужим, обладавших прагматизмом не начинать войны с более сильными соседями и заботившихся об экономическом благосостоянии своих подданных. ХАМАС же, не только не интересуется улучшением здоровья, образования и условий жизни жителей сектора, но, напротив, способствует усилению  страданий, стремясь, таким образом, выманить у международного сообщества больше денег.
 

Где же деньги?

Готовность ХАМАСа заключить с Израилем сделку об обмене пленными, могла бы отдалить жителей Газы от очередного столкновения с Израилем, платить за которое своими жизнями, придётся именно им, а не их лидерам.

Но Ихье Сануар, нынешний главарь ХАМАСа, освобождённый в рамках «сделки Шалита», знает, что Израиль не согласится освободить больше, чем тысячу убийц за части тел, погибших солдат. И ему не хочется приходить к соглашению, дающему меньше, чем то, в рамках которого он был освобождён сам.

Понимаете? Самого Сануара освободили, он же теперь спокойно жертвует свободой других заключённых, в надежде доказать свои силы.

И вот, ХАМАС мобилизует весь набор своих лозунгов, оправдывая эту позицию: «ни в чём не уступим сионистскому образованию», «не дадим сионистам ни малейшей информации задаром», «продолжим освобождение Филистин от моря до реки». Хотя даже самые наивные жители Газы уже не верят ни в этот пустой звон, ни в тех, кто наполняет им спутниковые каналы и интернет сайты.

Представители ХАМАС на все лады подчёркивают царящую в Газе «гуманитарную катастрофу», забывая, при этом, напомнить, что плачевная ситуация в Газе, прежде всего, объясняется деятельностью их собственной организации, захватившей сектор десять лет назад.

Они получили миллиарды долларов от Катара и многочисленных международных организаций, но те, то ли по наивности, то ли ещё почему,  даже не удосужившихся проверить,  как были использованы их средства, что сделали с ними лидеры ХАМАСа.

Построили школы? Больницы? Заводы? Инфраструктуру?

Увы… Часть денег растеклась по личным тайным счетам главарей ХАМАСа, где-то в налоговых гаванях по всему миру.

Израильский генерал демонстрирует спецпредставителю президента Трампа Дж. Гринблатту тоннель, ведущий из Газы на израильскую территорию и обнаруженный ЦАХАЛом.

Что-то пошло на приобретение недвижимости для лидеров движения. Остальное же было потрачено на создание диверсионных туннелей, производство ракет и прочих вооружений, с помощью которых, движение ХАМАС намерено «освободить Филистин». Хотя, до сих пор ХАМАСу удалось освободить жителей Газы лишь от возможности вести нормальную жизнь.

Поскольку арабский мир отвернулся от ХАМАСа, движение, лишившись источников финансирования, немедленно восстановило тесные контакты с Ираном, надеясь на щедрость аятолл, как в деньгах, так и в оружии — боеприпасах, и прежде всего, ракетах, способных нарушить баланс сил с Израилем.  Заодно, ХАМАС возобновил и связи с «Хизбаллой», тем самым, как бы оказываясь на шиитской стороне войны в Сирии и, запутываясь в своих отношениях с арабскими странами ещё больше.

Иран, со своей стороны, не скрывает удовольствия от приобщения ХАМАСа к сонму своих сателлитов. Для аятолл ХАМАС – это очередной щупалец гигантского тегеранского спрута, надеющегося охватить Израиль вдоль всех его границ с севера на юг. Вот только, вряд ли, это поднимет уровень жизни в секторе, и убедит безработных жителей Газы, число которых достигает 60% от всего работающего населения в том, что ХАМАС печётся об их интересах.

Ко всему перечисленному нельзя не добавить очередное фиаско в отношениях между ХАМАСом и ООП, рулящим в арабских городах Иудеи и Самарии — мнимом примирении между сторонами, разбившемся о рифы взаимной ненависти ещё тридцать лет назад, в тот самый момент, когда ХАМАС только был создан.

Соперничество, вражда, ненависть и зависть между организациями, угрозы, которыми они осыпают друг друга, не столько выражают политические разногласия, сколько подчёркивают культурные различия между арабоязычными жителями Иудеи и Самарии с одной стороны и Газы с другой.

Впрочем, даже разговорный арабский язык у них разнится, а это, как хорошо известно, даже самым начинающим востоковедам, как раз и отражает, прежде всего, различия в культуре и традициях различных арабоязычных групп.  В Газе царит культура бедуинов, жителей пустыни, в Иудее и Самарии же используется язык жителей городов и деревень.

В споре ХАМАСА и ООП на карту поставлено сразу всё: политическая позиция, министерство финансов (основной рассадник коррупции), полиция и самое главное – армия.

И вопреки совместно подписанным перед телекамерами документам, пылким речам во славу «священного примирения», а также, несмотря на желание арабской улицы увидеть реальное сотрудничество во имя общей цели – создания арабского государства на руинах Израиля, обе стороны так и не сумели преодолеть вражду и выполнить взаимные обещания, положенные в основу договорённостей. На глазах у публики, они продолжают осыпать друг друга злобными проклятиями, насмешками и презрительными оскорблениями.

На противоположной же стороне культурно-политической карты уютно пристроились салафитские организации, вроде «Аль-Каиды» и  ИГИЛ, активно действующие в секторе, несмотря на то, что большинство их боевиков перебралось из Газы на Синай. Они ведут с ХАМАСом тотальную войну, поступая точно так же, как в своё время ХАМАС действовал против ООП.

Они объявили джихад во имя ислама, обвиняя ХАМАС в том, что тот оставил истинный путь священной войны, и презрительно называя его «израильским пограничником». ХАМАС уже ликвидировал десятки боевиков салафитских движений, включая три десятка человек, изгнанных из мечети гранатами со слезоточивым газом, а затем расстрелянных из пулемётов на улицах Рафиаха.
 

В бесконечной войне

ХАМАС — отпрыск «Братьев-мусульман», должен был создать национально-религиозную идеологическую альтернативу светскому национализму, который в свою очередь продвигали в ряде арабских организаций.

Светские арабы потерпели фиаско в своей попытке предложить обществу модель современного демократического государства, защищающего своих граждан, заботящегося об их благосостоянии и трудоустройстве. Государства, граждане которого готовы идентифицировать себя с ним, а не с племенными, этническими, религиозными или  общинными рамками, в соответствии с традиционным ближневосточным укладом.

Арабские националистические движения увязли в топкой трясине диктатур. Ни одному из них не удалось создать и поддержать существование национального демократического государства вроде Израиля. Там, где сионистское движение добилось ошеломляющего успеха, арабские движения потерпели сокрушительное поражение. И вот ХАМАС взялся предложить идеологическую и религиозную альтернативу, способную объединить под своим знаменем все многочисленные племенные и религиозные группы, живущие в «Филистин»: мусульман, христиан, черкесов, ахмадиитов и прочих.

Но и это религиозное движение точно также потерпело неудачу, поскольку не сумело отказаться от религиозных принципов, прежде всего – джихада, чтобы объединить свои силы с ООП, готовой создать арабское государство рядом с Израилем, с тем, чтобы уничтожить его уже потом. ХАМАС не способен признать Израиль даже временно, а потому вынужден оставаться с ним в состоянии вечной войны.

Следует подчеркнуть: не войны, но состояния войны. Тотальная война с Израилем сокрушила бы Газу прямо на головы главарей ХАМАСа, состояние же войны, обеспечивающее необходимую религиозную легитимацию, в итоге, как раз и приводит к нынешнему печальному положению в секторе.

Ситуация в Газе в очередной раз доказывает (тем, кому ещё нужны подобные доказательства), что исламское движение не способно поддерживать существование современного и миролюбивого государства, терпимого к чужим идеологиям.

Противостояние ХАМАСа и ООП – это политическое выражение конфликта культур, не способных создать подлинное и глубокое единство между группами. А потому, всем тем, кто возлагает свои надежды на «палестинское государство», единое и неделимое, стоит скорректировать свои ожидания к горькой ближневосточной реальности.

ООП потерпела неудачу, поскольку светская национальная идеология, которая могла функционировать в Европе, провалилась на Ближнем Востоке во всех странах, где её пытались насадить:  в Ираке, Сирии, Ливии, Йемене и Судане.

В свою очередь, ХАМАС не добился успеха потому, что истинный ислам не способен поддерживать современное государство в стандартах европейской демократии, основывающейся на человеческой конституции.

Не случайно Турция, по мере того, как она, начиная с 90-х годов, возвращается в лоно ислама, всё дальше отдаляется от конституционной демократической модели, принятой на Западе.

Вывод из всего вышесказанного ясен: для создания палестинского государства нет никаких оснований — ни светских, ни религиозных.

Единственным же приемлемым решением остаётся  естественная для ближневосточных обществ племенная модель. Шансы на устойчивое существование в наших краях имеют только отдельные автономии для каждого арабского города Иудеи и Самарии, управляемые местными кланами – «эмираты».

Всё остальное – надёжный рецепт для бесконечных войн и новых кровопролитий.

Перевод Александра Непомнящего

Автор: Мордехай Кейдар 
Источник: "Еврейский Мир"